почему нельзя сделать так, чтобы воскресенья было два
Я стою на смотровой площадке, чувствуя, как ветер с океана набирает силу, и смотрю на неё – на женщину, которая только что дала мне обещание, которого я не просил, но которое всё равно отозвалось где-то в груди тёплой, почти болезненной волной. Она сказала, что мы встретим тот день вместе. Она сказала это тихо, почти шёпотом, но ветер донёс каждое слово, и теперь они крутятся в моей голове, не желая утихать. Я не знаю, что на это ответить, потому что слова кажутся слишком грубыми, слишком неточными для того, что я чувствую. Я просто смотрю на неё, и, кажется, этого достаточно. Она придвигается ближе, почти вплотную, и я чувствую тепло её тела, которое не может заглушить даже пронизывающий ветер.